class="p1">— Что вы больше всего любите?
— Все люблю. Фулл пенетрейшн. Оператору.
— Гляньте, я на него работаю, а он меня ебать собрался. Арбузер.
— Не пизди. Ой блядь смотри, как вспыхнуло! Нихуя-я-я… — Матвей шлепнул себя ладонями по лицу и оттянул его вниз, как это делают удивленные дети.
— Все, выключай.
— Полторы минуты.
— Мой парень — дебил. Он жарит телефон.
— А мог бы жарить тебя.
— Тухлая шутка. Отойди уже.
Матвей послал камере воздушный поцелуй.
— Это, в общем, документальный фильм «Пидоры на кухне». Готовим на ужин телефон, — сказал я.
— Ну мы же не люди.
— Не, не люди.
Я приблизился к Матвею.
— Отойди, ты ж боишься.
— Если не уйдешь, я тоже не уйду.
Я встал около Матвея и стал давить ему рукой на плечо.
— Че делаешь?
— «Czech hunter». Давай, вставай на коленки.
— Иди нахуй! — Мэт смеялся и упирался.
— Я, кстати, не люблю этот жанр.
— Не любишь?
— Не. Не душевно как-то.
— Не душевно ебут?
— Неа.
Я снова стал нагибать Матвея.
— Да отъебись.
Микроволновка выключилась. Взрыва так и не произошло.
— Я же говорил.
Матвей достал телефон. Хромированные поверхности стали черными и треснул экран.
— Ты знал, да? Ты же знал.
— Конечно знал. Микроволны не проходят через оболочку аккумулятора. Учи фи-зи-ку!
— Ты, короче, мозги мне поебать решил.
— Ну да.
— Чтобы я за тебя попереживал.
— Ну да.
— И че?
— Переживаешь, вижу.
— Сука. Короче. Заканчивай передачу.
— Че. Ставьте лайки, подписывайтесь на канал и берегите свои телефоны.
— И яйки.
— И яйки.
— Снято, — сказал я.
— Нормально?
— Отл!
Я стал пьяный и предложил посмотреть детские фотографии. Матвей сказал, что ему интересно. Я полез в шкаф, который стоял в гостинной и достал коробку.
Первым попался разноцветный конверт, где я совсем маленький. На снимках с цифрового фотика я в детском костюме на ее рабочем месте в администрации и подпись с другой стороны: «5.06.2002. Выборы 2002. Администрация. Андрей на мамином месте проводит агитацию за Уткина». Запахло копченой колбасой, черным хлебом, кофе и захотелось есть.
— Как же она хотела клона, — сказал Матвей.
— Да, все придумано заранее.
Потом мы смотрели, как она путешествует. Фотографий из наших совместных путешествий было не так уж много, потому что чаще она ездила одна. Но я видел, как Матвею нравится смотреть на Барселону, Нью-Йорк и все прочее.
— Был в Нью-Йорке? — спросил он.
— Нет, но хотел. Она хотела свозить.
— Она красивая, — говорил Матвей. — Такая… роскошная. У вас одно лицо.
— Какое?
— Такое импортное.
— Говорил. Но оно мещанское. Обычные русские безродные лица.
— Не. Это порода.
— Нахуй сложные щи.
Мне надоело смотреть альбом и я сказал:
— Твоя очередь показывать.
У Матвея не было никаких детских фоток и он показывал мне летсплей на ретровейв-игру в жанре боевика «Hotline Miami», но мне надоело и мы потрахались. Меня всегда очень заводило, когда он сосредоточенно сидел в компьютере. После секса Матвей прочертил у меня на животе острым карандашом «Пидор мечты». Я начертил на его спине «Гражданин Майями», сфоткал и переслал ему. Мы посмотрели экранную запись последних «Мстителей» и уснули.
На следующий день я проснулся от того, что Матвей кусал мою ногу. Я его оттолкнул и стал щекотать между яйцами и анусом. Он смеялся и пытался меня бить, но на мужчину это действует так же, как если кошку взять за загривок. Я назвал это «игра в пизденку». Мы наигрались и просто лежали. Я смотрел на алюминиевый крестик на груди Матвея и не мог понять, почему это так сексуально. А еще очень хотелось курить, но вставать было лень. Я лег на живот Матвея, а Мэт гладил меня по голове и больше мы ничего не делали.
— Побрил что ли?
— Да, — говорю. Мэт любил, когда я брил грудь и подмыхи. Я терпеть это не могу, но теперь мне особенно хотелось, чтобы ему нравился мой внешний вид.
— Я, слепышара, не заметил.
— Норм?
У меня зазвонил телефон.
— Тебе все утро звонят, — сказал Матвей.
— Это банк. По кредиту. Я не беру.
Он схватил мой телефон. Я пытался забрать его у Матвея, но он успел, прищуриваясь, включить громкую связь.
— Алло, — сказал Мэт нарочито суровым голосом.
— Здравствуйте. Андрей Игоревич?
— Да.
— Вы являетесь клиентом нашего банка и у нас есть выгодное предложение.
— Вы попали в самарскую патриархию, пресс-служба.
Пока девушка на другом конце держала паузу, я зажимал свой рот, чтобы не смеяться.
— У вас есть время, чтобы прослушать информацию? — продолжила она.
— Я хочу только о Боге разговаривать!
Девушка повисла:
— Андрей Игоревич, у нас есть выгодная ставка по кредиту…
— Отче наш небесный! Да святится имя твое, и да остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим…
Девушка пожелала всего доброго и повесила трубку.
— Как думаешь, они еще позвонят? — спокойно спросил Мэт.
— Я очень надеюсь!
Мэт полез целоваться. Мы подрочили при помощи Стейси под песню «Ikea flower» группы Homeboy in luv, а потом пошли завтракать жареными сосисками «Красная цена» и хлебом. Я надел его футболку, и он сказал: если нравится — забирай. Она пахла пляжем, «Олдспайсом» и компьютерами.
Вечером я лёг на диван в гостиной и вспоминал все приколы, которые мы сочинили за прошлый день, складывал их в мысленный альбом, как коллекционеры раскладывают монеты. Я включил на компе трек «A real hero» из «Драйва» и листал страницу Матвея «ВКонтакте». Он снова обновил аватарку. На ней была его спина с прочерченным «Гражданин Майями». Мэт снова сменил статус и написал Homeboy in luv.
Мамина комната стала почти пустой. Остались только диван и большая керамическая фигура кошки. Мама говорила: «Эта кошечка — это я». Вечером «кошку» забрали — я отдал ее в подарок вместе с принтером и потом плакал.
На следующее утро на входной двери квартиры краской написали «Долг». Я взял маркер и написал ниже «я ничего не должен».
ГЛАВА 6
— Будем прокачивать скилл выживания, — сказал Матвей. — Я веду тебя в поход.
— Я не умею походы как-то.
— Не бойся, я порублю этих зеленых пидарасов, — говорил он супергеройским голосом. — Мы с папой в детстве ходили.
Ему удалось меня убедить, что ничего опасного в этом нет. Он планировал пройти от Тольятти до Самары, жарить сосиски, смотреть на НЛО, которое по легендам обитает в Самарской луке, и трахаться в палатке. Я любил трахаться и идея стала мне симпатична. Матвей взял палатку, самые дешевые продукты и мы отправились на другой берег Волги.
— У меня два спальника. Но один дырявый, — говорил мне Матвей.
— Да и
